Зинка бежала по пыльной дороге на станцию ранним утром, не оглядываясь. Пять лет назад тридцатилетняя толстая неуклюжая старая дева с мужицким лицом поддалась на грубые ласки бездомного алкоголика и эпилептика Серёги и взяла его к себе жить. Серёга очень быстро превратил скучную унылую жизнь Зинки в сущий ад.

Этим утром похмельный Серёга час с топором гонял Зинку по участку требуя денег на водку... Привычная к такой агрессии сожителя несчастная баба вдруг сломалась... забежала в дом, схватила паспорт, последние 500 рублей и умчалась из собственной избы навсегда.

Через два часа Зинка вышла на перрон московского вокзала, а ещё через час уже мыла посуду в небольшой хинкальной недалеко от Комсомольской площади. Армянин-хозяин денег не пообещал, но позволил ночевать в подсобке и кое-как питаться...

"Чего уехала?" - думала Зинка, перемывая горы посуды, - "лучше бы убил. Серёга...ну...что за проклятая беспросветная жизнь!! Чуда жду! Чуда, Господи!

В этот момент один из постоянных посетителей внезапно грохнулся на пол ..., изо рта пена, тело выгнулось в дугу, голова бьётся о грязный кафель... Пара посетителей, официантка и повар остолбенели. Зинке была эта картина хорошо знакома. Не раз она спасала Серёгу от этих страшных приступов. Ватник под голову, ложку обмотанную полотенцем между зубами... вытерла пену. Когда затих, прижала голову мужчины к своей огромной груди:

- Потерпи, миленький, сейчас всё пройдет, - мурлыкала, Зинка,.. - тебя как звать-то?

- Юра, - прошептал он.

Вечером, после закрытия хинкальной Юра зашёл за Зинкой с цветами и виноградом. Они до утра сидели на лавочке в сквере.

- Один я, Зин, - рыдал на её груди Юра, - родители умерли, одного меня оставили... Никому я с такой болячкой не нужен... Страшно! Я работаю... бухгалтером, зарабатываю кое что, да и на книжке от отца осталось..Людей боюсь, Зин, оберут, искалечат, убьют..А тебя вот не боюсь.. хорошая ты...

Через три месяца Зинка стала законной женой Юрки и полноправной хозяйкой большой трёхкомнатной квартиры на Тверской, дачи в Ильинке и подержанной, но добротной машины.

Прошёл год. Приступы у Юрки практически прекратились. Зинка рассматривала в зеркале своё грубое некрасивое лицо и гладила себя по огромному животу.. . "Мальчик, сказали", - улыбалась она, - "Это хорошо".

Ольга Мальцева
*****

На изображении может находиться: 1 человек, в помещении