" Весна придет - оттает,"-от этих слов Надежда похолодела.

-Как это оттает? Что ты такое говоришь?Ты почему не ищешь? – возмутилась она, наступая на Алексея. - Твоей матери сутки нет дома! Зима! Вдруг ей плохо стало и она замерзла там, в снегу! А ты такое говоришь -оттает!

- И не мать она мне! Мне дверь, которую ты хлопнула, больше жаль, чем ее! – закричал Алексей.

Надежда захлебнулась возмущением, которое ее переполняло, но что с ним говорить -махнула рукой и выскочила на улицу. Морозный воздух бросился навстречу, охлаждая снежинками как колючими иголочками ее разгоряченные щеки. «Где она? Где искать тетю Нюру? Куда она могла пойти?» - пульсировали мысли в голове, перебивая другие: «Как он мог так с ней? Не мать! Не жалко! Как же так-то?»

…У Нюры был ребенок. Еще до войны родился здоровенький розовощекий Толик. Они с мужем не могли нарадоваться на долгожданного малыша. Но в семь месяцев умер в одночасье. «Горлышком заболел, - говорила Нюра.- Проснулся утром и залаял как собачонка. Пока за врачом бегали, он уж и посинел весь, горлышко закрылось – задохнулся Толик-то мой». Больше своих детей не получалось у них с мужем.

А после войны решили они с Николаем взять девочку из детдома.

-Приехали. Стоим, ждем, когда нам выведут девочек на выбор. И вдруг откуда-то появился мальчик. Маленький, рахитичный – с большим животом – ковыляет к нам и лепечет: «Папка! Папка приехал!» И сразу к мужу ручонками потянулся. У нас слезы навернулись, душу защемило – вспомнили своего маленького. Мы ведь не дождались, когда он начнет ходить, говорить…А тут как будто родной - вот я, берите меня. Конечно, мы его и взяли, - рассказывала Нюра своей сестре, матери Надежды.

-А ты что-то знала о нем? Кто он? Может, родные есть?

-В детском доме сказали, что нашли на вокзале. Вот такого голодного, неухоженного, больного. Но врач, который беседовал с нами в детском доме, уверил, что мальчик в общем-то ничем серьезным не болен. Его надо откормить, и живот спадет, и сам выправится. Для нас, сама знаешь, это не проблема.

Жили Нюра с Николаем в своем доме. Корову держали, курочек. Вот так на сливочках и на яичках их сыночек и превратился из заморыша в розовощекого мальчишку.

Алексей считал Нюру и Николая родителями, рос ласковым, но озорным. А в 16 лет, как будто бес в него вселился. И если к Николаю относился хорошо, то Нюре стал грубить и огрызаться. Сначала не могли понять, в чем дело. Выяснилось это через много лет. «Добрая» соседка проболталась. Оказывается, года через три после усыновления Алеши, по улице ходила женщина и спрашивала, где тут живут люди, которые взяли мальчика из детдома. И та самая соседка не призналась. Отправила ее в другой поселок, сказала, что нет тут таких – в Александровке, говорят, есть усыновленный мальчик. Нюру она предупредила, что незнакомка интересовалась ее сыном.

А потом, через несколько лет, повздорили они по какому-то незначительному поводу. Соседка затаила обиду и однажды, выбрав момент, рассказала Алексею, что он матери-то неродной. Приемный. Что искала его родная-то мать, а Нюра не отдала. Вот с тех пор и начались проблемы в семье. То затишье, то бунт.

Нюра переживала очень, но все равно любила его как прежде. Со временем с Николаем поженили Алешу, родился внук, помогали воспитывать его. Уж в нем-то она вообще души не чаяла. Растворилась в ребенке и не обращала на колкости Алешины. И была благодарна невестке, которая хорошо к ней относилась, сочувствовала. Но перечить мужу не могла.

Потом умер Николай, а через какое-то время заболела и Нюра. Стала забывать многое. А это стало еще больше раздражать Алексея.

После очередного оставленного на плите чайника разразился скандал. Что уж там наговорил ей сын неизвестно, но Нюра схватила пальтушку, шаль и вышла из дома…И вот уже сутки ее нет, а сын и не хочет искать.

…Надежда вспомнила, что недалеко, на этой же улице, живет одинокая пожилая женщина. И на всякий случай решила зайти к ней. Может, она что знает про Нюру?

К счастью, тетя была там.

-Собирайся! Поехали ко мне. У меня теперь будешь жить, – решительно заявила Надежда. 

Тетя Нюра заплакала, уткнулась лицом в пуховый платок. Она была рада, что хоть кому-то до нее есть дело. Но в то же время грызла ее сильная обида на сына. Как же так -ведь отдавала ему все самое лучшее, а главное  - нерастраченную материнскую любовь. А что получила взамен? Спасибо племяннице, не позволила Надежда ей мыкаться в приживалках у чужих людей. Забрала к себе, в свою семью. А приемному сыну  - Бог судья!