Он похож на нынешнего Ричарда Гира. Зрел, импозантен, спортивен. С серостью в глазах, легкой сединой и сильными ногами. С запахом древесины и кашмерана.
По утрам гуляет со смышленым псом породы бигль, а потом завтракает сэндвичем с тунцом. Болеет за «Милан». Не терпит суеты и отлагательств. Уверен в себе и своей сексуальности. Частенько сидит в кафе и пьет крепкий дарджилинг, собранный не позже середины апреля. Чертит на салфетки только ему понятные линии. С нежностью наблюдает за стайкой девчонок на противоположной стороне улицы. Те выбирают гетры и покатываются со смеху.

Он пьет чай в одиночку. Второй стул с вмятинами от ажурной шали пуст. Вторая чашка без привкуса женских губ - вакантна. На столе – книга. Возможно, «Жизнь взаймы» или «Турецкий гамбит». В ушах Рамштайн, симфония Берлиоза или опера Прокофьева «Любовь к трем апельсинам». В кармане билет на поезд «Кисловодск – Минеральные воды».

Декабрь знает цену времени. Поглядывает на часы, на которых три циферблата. Мимоходом думает о Колумбе, открывшим остров Гаити, и о Марие Стюарт, занявшей шотландский трон именно в конце зимы. Наблюдает за кружением планеты. За голубями, обхаживающими крыши. За продавщицей цветов. За дамой в голубом манто, дробящей на осколки шоколад и говорящей кому-то в телефон торжественное «Amen». Та заканчивает разговор, смотрит с любопытством и немым вопросом. Декабрь качает головой. Достает из уха Прокофьева, а из сюртука билет. Просит счет, букет тюльпанов и исчезает на целый год…

© Ирина Говоруха

На изображении может находиться: один или несколько человек, люди стоят и на улице