Человека возили по разным городам.

Знакомили с достопримечательностями и одновременно давали нюхать разные духи. В каждом городе - новые духи. А потом приехали обратно. Испытуемый уснул; а ему к носу подносили разные духи и будили в фазе сновидений. Человеку снился тот город, с которым эти духи были связаны. Вот так запахи вызывают воспоминания. Яркие сны и яркие образы.
Раньше немного было духов и одеколонов; в основном наши, отечественные. Но запахи были исключительно сильными и яркими. Каждый запах - это определенный человек и определённое событие. Обстоятельства. Картинка.
«Красная гвоздика» - это от комаров в пионерском лагере и в лесу на даче. Очень хороший запах. Густой и яркий. Я специально гвоздики нюхала - ничего подобного. От запаха этого одеколона комары улетали моментально. А может, гибли тучами. Но очень помогал этот спасительный одеколон!
«Тройной одеколон» - это спасение от микробов. Им можно заменить медицинский спирт, когда с папой в поезде едешь. Папа наливает зеленую пахучую жидкость на стерильную марлю, а потом протирает мне ручки. И ножки. Это убивает микробов. Это гигиена. Очень хороший запах - запах поезда, брякающего стакана в подстаканнике, свежего белья на полке.
«Шипр» - это парикмахерская. Очередь сидит, ножницы лязгают, дедушка стрижётся. Потом стригут братца Алешеньку. За месяц на даче его красивые локоны превратились в колтун. Сейчас его стригут машинкой под полубокс. Алешенька громко рыдает. Ему три годика. Но тётенька-парикмахер спрашивает его важно: «вас освежить?», - и брызгает из бутылочки при помощи резиновой груши. Невероятно сильный и резкий аромат повисает в воздухе. Освеженный Алешенька перестаёт плакать..
«Красная Москва» - это прабабушка Маша собирается на профсоюзное собрание. Сладкий такой запах, прекрасный. Ещё есть «Красный мак». Тоже чудесный аромат. Так пахнет профсоюзное собрание. Я помню.
А у мамы - «Кристиан Диор». Пахнет сиренью. Отлично помню этот запах. И ещё помню упоительный запах духов «Шахерезада», за пятьдесят копеек. Зеленые духи в граненой бутылочке. Ими пользовалась большая девочка во дворе. Чудесный запах арабских сказок и больших девочек-пэтэушниц. Лучше Диора.
Ещё болгарские «Быть может» в гладенькой длинной бутылочке. Это бабушкины. И то самое невыносимо-прекрасное розовое масло, тоже болгарское, в деревянной амфорке. Если понюхать - целый день весь мир будет пахнуть розовым маслом. Может, так пахла та драгоценная мирра, про которую пишут в книгах?..
А сейчас запахи изменились. Они резкие, сильные, яркие. И совершенно мертвые. Неживые. Тени и муляжи тех запахов, что были в детстве. Может, конечно, это я изменилась. Может быть. Только вчера я понюхала розовое масло - а оно все такое же. Упоительно-нежное и прекрасное, меняющее весь мир. Масло осталось прежним. А духи - нет. Но от них осталась память. Память запаха. И флакончик напоминает о том запахе, который был живым когда-то. Когда все были живы...

ÐоÑожее иÐобÑажение